Приемная мама девочки-Маугли из роддома расплакалась: «Теперь у меня ее никто не заберет»

Новости


Саша с приемной мамой Юлей.

Фото: семейный архив.

Шок-история, про девочку из богатой семьи, которую родители 6 лет отказывались забирать из роддома, кажется, закончилась. Причем хеппи эндом.

К сожалению, детей в роддомах оставляют. Пишут отказную, новорожденный становиться сиротой. И дальше — органы опеки, детдом, приемная семья… История маленькой Саши их богатой и набожной (!) семьи вообще сломала всю это конструкцию. Ее оставили в больнице аж на 6 лет! Ребенок не выходил из палаты вообще! Мама Татьяна Максимова запрещала, оставив с дочкой вместо себя няню. А папа Юрий Зинкин регулярно оплачивал миллионные счета за содержание Саши в дорогом и престижном медучреждении, но при этом забывал навещать дочь. И так продолжалось долгие 5 лет. Почему не предпринимались меры и что вообще происходило в стенах учреждения — загадка. Но факт остается фактом — абсолютно здоровый ребенок жил в больнице.

В 2018 о Саше узнали сотрудники из фонда «Волонтеры в помощь детям — сиротам». Они били во все колокола, но ничего не происходило. Пока информация не просочилась в СМИ. Это случилось в декабре 2019. Но девочка, теперь уже как бы у всех на виду, так и продолжала жить в больничной палате еще полгода. Я специально делаю акцент на времени. Потому что это ненормально.

Весной 2020 родителей все же ограничили, не лишили (!), а ограничили в правах. Только после этого появилась возможность забрать ребенка из больницы и передать в приемную семью. Как живет там Саша и что пришлось пережить приемным родителям, чтобы ребенок-маугли стал нормальным, смог выходить из комнаты, не пугаться людей, пойти в школу, я подробно описала.

Но на этом эпопея не кончилась. Еще почти 2 года понадобилось на то, чтобы лишить Зинкина и Максимову родительских прав. Ребенок их явно не интересовал. Даже после шумихи в СМИ они не то что не забрали дочь из больницы, но даже не стали ее навещать. В суде они бились за свои родительские права, как львы. Не лично, а через адвокатов. И вот вчера 17 декабря Пресненский суд Москвы вынес-таки решение — Зинкин и Максимова больше юридически не имеют отношения к девочке.

Саша планирует ходить в кружок юного химика и заниматься финансовой грамотностью.

Саша планирует ходить в кружок юного химика и заниматься финансовой грамотностью.

Фото: семейный архив.

Я позвонила приемной маме Саши Юле. В отличие от кровных родителей, она не пропускала ни одно заседание суда.

— Вы рады, счастливы?

— Вы можете угадать с одного раза. Конечно, довольна! Конечно, рада! Долгожданный момент наконец-то настал. Как мы все долго переживали, как мы все долго к этому шли, на это все надеялись и молились. И вот произошло то, что должно было произойти…

— …сто лет назад.

— Да. Мы выиграли эту войну.

— Я так понимаю, сегодня неожиданно все случилось. Ведь были опасения, что они (сторона ответчиков) затянут процесс?

— Я уже не знала, чего ждать на самом деле, но я шла с настроем, что сегодня все-таки будет финальный процесс. Сколько у нас уже откладывали, и если бы еще отложили, это было бы уже просто издевательство.

— Родители Саши так и не появились в суде?

— Нет. Но их адвокат до последнего пыталась что-то предпринять. В конце уже говорила, как мне показалось (я в этом, конечно, не профессионал) что-то, не связанное с тем, о чем было вообще дело. Ее об одном спрашивают, а она про другое.

— Например?

— Например, про меня. Полчаса адвокат разглагольствовала о том, кто я, откуда я, что я, и вообще: «кто она такая, чтобы с ней оставлять ребенка». То есть речь шла о лишении родительских прав кровных родителей, а она решила поговорить об опекунах. И на полчаса все это затянулось.

— А как адвокаты объяснили, почему родители опять не явились? Их же вызывали наверняка.

— Они сами не знают.

— И органы опеки, получается, ни с Зинкиным ни с Максимовой тоже не общались ни разу?

— Я так поняла, что все общение, со всеми вообще (и с опекой, и с нами), оно было сугубо через представителей. Там родителей лично никто не слышал.

— А с вами они еще пытались связаться, может быть, с Новым годом ребенка поздравить?

— Нет. Родственник их близкий поздравлял, звонил, подарки присылал, причем не только Саше, но и всем моим детям (у Юли двое кровных детей — ред.). Но от них не было даже открыточки.

— Как там Саша?

— Отлично Новый год встретили, куча подарков, все довольны. На прошлой неделе у нее было новогоднее выступление в школе, где она шикарно спела, станцевала. Сашка большая молодец, она у нас умничка. Так что живет и радуется жизни нормальной детской, поэтому все хорошо, что хорошо кончается.

— Ну, дай бог. Юля, а вы, как только возможность появится (есть какие-то юридические сроки), вы будете подавать на усыновление или останетесь в статусе опекуна?

— Первым делом, как только загорается зеленый свет, я побегу и оформляю удочерение, — сказала женщина kp.ru.

Такой разговор у нас с Юлей состоялся после суда. А после, уже вечером она позвонила мне сама. И плакала в трубку.

— Вы простите, я не могу сдержать эмоций. Но я так счастлива. Знаете, я когда вернулась домой после суда, и Саша побежала мне на встречу, я такие фантастические эмоции испытала. Я давно ее считаю дочерью, и она меня мамой. Но всегда был какой-то страх у меня внутри, что вдруг заберут, вдруг что. Я боялась. А тут такое чувство… Такое, как когда ребенок рождается и ты его видишь впервые. Фантастика просто. Я обняла Сашу и минут 5 мы так с ней стояли, я плакала. Конечно, она не понимает пока почему, потом ей все это предстоит узнать. А сейчас просто успокаивала меня: «Мамочка, ты у меня самая любимая, самая красивая». И гладила по плечу. Это был такой удивительный момент. Да, еще впереди процедура усыновления, но это все ерунда, сорняки в моем цветущем саду. Это все мы преодолеем. Самое сложно позади. Спасибо Елене Альшанской и всем-всем, кто нам помогал. Я не знаю, как бы мы без них. А Саша как бы, тем более…



Источник

Оцените статью
Полезные советы - BigSoviet