Записки киевлянки: Приехала в Россию — здесь все жалеют Украину. И почему-то никто не хочет войны

Новости


Участник «патриотического марафона» пробегает по пригородам Краматорска.

Фото: GLOBAL LOOK PRESS

ПЕРЕШЛИ ГРАНИЦУ И ВСЕ СТАЛИ УЛЫБАТЬСЯ

Этой осенью мне пришлось срочно выехать в Россию, где тяжело заболела мать. Сборы заняли непродолжительное время: в сумку положила документы, подтверждающие родство, сделала ПЦР-тест… Буквально чуть ли не 2 раза в день только с одного автовокзала Киева уходит огромное количество минивэнов и больших автобусов «Эколайнс» в Россию. Людской поток нескончаемо движется в северную сторону. По обе стороны границы – свои пункты пропуска. Значительно проще пересекают границу России обладатели паспортов РФ и документов с видом на жительство. Для этих пассажиров – «зеленый» коридор, а вот «проскочить» без оснований, не имея в России родственников, практически не возможно — пандемия. В автобусе со мной люди ехали на похороны, к родным и близким, ехали молодые женщины – украинки, с грудными детьми, к мужьям в Россию, многие — к детям в Москву, Подмосковье и по всей России — матушке.

— К матери ездила, в Винницкую область, — разговорилась со мной женщина моего возраста. Матери 88 лет, живет в частном доме и рядом из родных — никого. Три раза в неделю к ней приходит соцработник, приносит воду, колет дрова, помогает приготовить еду. А мне никак нельзя опоздать в Москву: надо еще в Улан-Уде лететь, домой. В прошлый раз автобус опоздал и пришлось заново регистрировать авиабилет. Только бы на границе нас не задержали, — переживала женщина.

— Трудно вам, — посочувствовала я ей.

— Да, кошмар, конечно. Мать ни за что не полетит ко мне, а мы с мужем и детьми – на Украине тоже жить не станем. Так и будем мучиться.

— На все воля Божья, — со вздохом сказала другая попутчица, подслушав разговор.

За окном шел проливной дождь. Автобус неуклонно приближался к Брянской области. Но как только прошли российскую границу, — многим стало легче, и уставшие пассажиры даже стали улыбаться.

Но увы, в России вскоре скончалась от ковида моя пожилая мать. Ритуальный агент, который помогал с похоронами рассказал, что есть у него «дружбан», который мотается в Украину, и здесь он даже получил прозвище «Леха-бандеровец».

— Дела у него там какие-то и родня у вас. Всегда сало оттуда хорошее везет… Мы тут вообще не очень понимаем, когда у вас все устаканится, — рассуждал агент.

«ПРИВЫКАЙТЕ К БАНДЕРЕ»

Спустя три недели после смерти матери, я могу говорить об Украине, тем более, что повод есть: очередная годовщина Майдана. Что же произошло за эти 8 лет, если позволить себе посмотреть на события со стороны? У русских людей Украины отняли, по сути, главное — язык, загнав под лавку как мышей, бесконечно угрожая за «неправильное мнение». Русским предложили носить вышиванку и молчать.

По сути, ситуация настолько драматична ещё и потому, что против этого насилия никто не хочет бороться. Насмотрелись боевых действий на Донбассе… Остается и дальше терпеть: кто может – уедет, кто не сможет — привыкнет к Бандере.

В России жизнь легче хотя бы потому, что здесь ни перед кем не надо оправдываться за русский язык, национальность, место рождения. Никому это не интересно и не является предметом выяснения отношений, упрёков, и уж тем более ненависти, которой пропитана постмайданная Украина.

Если кто-то думает, что все с Украиной случилось в 2014-м, тот — ошибается. Все произошло гораздо раньше, пожалуй, в 1991-м, когда украинцы объявили: «больше не хотим кормить Россию». Это был их первый Майдан, который вскрыл неожиданную ненависть к русским.

Июнь 1991 г. Несанкционированный митинг Союза националистической украинской молодежи на Крещатике. Фото: Соловьев В./Фотохроника ТАСС

Июнь 1991 г. Несанкционированный митинг Союза националистической украинской молодежи на Крещатике. Фото: Соловьев В./Фотохроника ТАСС

За эти годы очень многие семьи в России рассорились со своими украинскими родственниками и даже не ездят друг к другу, словно не было ничего общего. Но кого не спроси — обязательно кто-то да найдётся с Украины родом.

В России пришлось подключать Интернет. Парень, который настраивал роутер, разговорился со мной, и оказалось, что его жена родом из Броваров (это Киевская область).

— У нас там родни по ее линии полно, но только когда мы хотели приехать в гости, они нам сразу выдали: Нет! Не надо приезжать. Вы нам навредить можете. Ну что вам сказать? Неприятно очень… И жену мне жалко. Мы то в чем виноваты? — признался в сердцах молодой человек.

ВОТ ЕСЛИ ПЕРЕВЕСТИ РУССКИЕ РУБЛИ НА УКРАИНСКИЕ…

А соседи по дому рассказали мне о династии врачей, в которой глава семьи, профессор, детский хирург в 80 лет приехал с дочерью (она — дерматолог) и внуками из Запорожья, куда в свое время его после мединститута распределили из Рязани. На переезд в Россию семья решилась в 2014-м.

Профессор ещё преподаёт, и дочь его работает врачом.

Бывших граждан Украины в России можно узнать южному акценту и отчаянному желанию добиться здесь материального успеха.

— Вот, если перевести русские рубли на украинские, то жить можно отлично на Украине, а тут русские рубли — это совсем другое, — откровенничает молодой мужчина лет 30-ти.

— Меньше что ли? Ну так обратно можно вернуться. Никто не удерживает.

— Нееет, обратно — никогда и ни за что.

Обладатель нового российского паспорта купил тут за 8 лет квартиру по ипотеке, машину «Ниву-Шевроле» и крутил передо мной ключами не без бахвальства:

— А машина то хоть нравится? — Поинтересовалась у мужчины.

— Дефектов хватает, — критически пробурчал бывший житель Украины, но довольный вид его говорил явно об обратном: машина его явно устраивала, как и жизнь в России. Интересно, что бы он за эти 8 послемайданных лет купил в своей Кировоградской области? Парень признался, что бежал из-за нежелания воевать в Донбассе.

«ЧТОБ ДОНБАСС ПЕРЕСТАЛИ ДОЛБИТЬ»

Разговоры тут нет – нет да и заходят об Украине довольно часто.

Женщина — вдова, похоронила мужа от ковида, пришла к нотариусу. Очередь большая, в очереди — скучно, а дела по оформлению наследства движутся медленно — из — за огромного числа умерших от ковида. Время поговорить — есть.

— Я Московский химико-технологический институт окончила и меня распределили в Харьков. Но только вот там речки не было, а меня все время тянуло на родную Оку. Отработала три года в Харькове и вернулась в Россию, замуж вышла.

— Как же вы там живёте-то? — спросила сочувственно меня пожилая женщина старше 70-ти.

— Люди везде живут, — пришлось ответить лаконично.

Здесь много переселенцев из Донецка и Луганска, есть свои киевские и винницкие кланы. Познакомилась случайно с женщиной, у которой родная сестра — художник, вышла замуж за военного ещё при СССР, и живет в Тернополе, в своем доме. Русская тернопольчанка преподаёт рисование в украинской школе, говорит исключительно на мове и вообще ни во что не вникает. Живёт себе, принимая все как есть…

Вообще, это все мучительно непонятно. И что делать никто не знает. В России не хватает рабочих рук. Сюда много людей едет с Юго-Востока Украины. Мамина участковый врач родом из Донецка, приехала сюда ещё в 2014 году, работает, родила ребёнка и уже беременна вторым.

— Нет, Украина, нам нужна нормальная, хорошая, такая как была раньше, и чтобы все по-людски было, и чтобы Донбасс долбить перестали, — говорят тут практически все без исключения.

КОНТР-РОССИЯ

Российские бабушки забирают своих внуков с Украины, оформляют им здесь вид на жительство, прописывают у себя и тем самым спасают от призыва, от войны на Донбассе.

— Ну, вы же понимаете, что военного решения нет и быть не может. Там же русские люди живут, — сказали мне тут, комментируя очередное обострение на Донбассе.

А мне почему-то сразу вспомнились пожилые киевлянки, уродовавшие брусчатку на Крещатике и разливающие бензин по бутылкам для коктейлей Молотова. Многие из них так и не дожили до обещанных майданом европейских пенсий в тысячу евро.

На митинге евромайдана, ноябрь 2013 года. Фото ИТАР-ТАСС/ Зураб Джавахадзе

На митинге евромайдана, ноябрь 2013 года. Фото ИТАР-ТАСС/ Зураб Джавахадзе

Определение Украина — Анти Россия — очень поверхностное и неточное. Украина — это просто назло России, вопреки России, это — контр-Россия. Это не отрицание или наоборот, а это очень-очень «против». Причём «против» совершенно яростно, даже если в ущерб себе и своему народу.

В России же нет ни малейшей ненависти и неприязни к украинцам, бегущим из своей страны, использующим любую возможность, чтобы вырваться из нищеты и бесправия.

Здесь особенно жалеют жителей Донбасса и верят, что Россия никого не бросит. Накануне своей смерти моя мать сокрушалась: «Мы никогда не могли подумать, что между Россией и Украиной будут такие отношения. Трудные времена переживает ваша страна…»

Маме было больно, но виду она не подавала никогда.

В России у многих — родня или корни с Украины и поэтому все, кто пишет в Киеве, что Украина — безразлична россиянам – лгут.

Здесь к Украине очень много участия, жалости и досады на непонимание. И ни капли злости. Почему то в Украине к России — все наоборот.



Источник

Оцените статью
Полезные советы - BigSoviet